| о лете |
[Dec. 16th, 2009|12:28 am] |
Я приезжала еще и еще, к Ленке, на Лысую гору. На третий год я привезла с собой одного человека, потому что владеть всем этим в одиночку было мало, хотелось поделиться -- и вот, был человек, с которым поделиться хотелось особенно сильно.
Я делилась чем могла. Деревьями и камнями, и улицами, и морем. Я учила его морю -- люди, выросшие в средней полосе и купающиеся разве что в прудах и речках, да и то редко, моря боятся, вечно ждут от него какой-нибудь подлянки, вон ведь оно какое большое... Зеленое... Соленое... А море, когда ты его знаешь, а оно знает тебя, гораздо безопаснее какой-нибудь ерундовой речки, в нем нет ни быстрых течений, ни омутов, ни ледяных ключей, ни зарослей колючей травы. Ни русалок, ни леших. Оно обнимает, и держит, и несет. В нем можно открыть глаза и смотреть, и это не больно и не страшно, как в реке, потому что море ведь на вкус в точности как слезы. Правда, смотреть в том море особо не на что, там нет ни коралловых рифов, ни ярких рыбок, ничего такого, там только вода, зеленая и золотая, и твои собственные руки, тоже зеленые и золотые в воде... Лежать на воде, как на ковре, он научился; смотреть в воду -- нет. У нас, в конце концов, было очень мало времени, всего неделя.
Мы жили на Лысой горе, довольно высоко. Гора крутая, и чтобы набрать высоту -- далеко идти не надо. Утром просыпаешься и идешь вниз, на море, -- очень легко, все под гору и под гору, никуда не сворачивая (то есть все время куда-то сворачивая, улица идет серпантином, но развилок в нужном направлении нет), всего минут пятнадцать ходу, справа то огромные деревья, то маленькие домики, то ничего, и тогда видно овраг, где когда-то была река, мост над этим оврагом, дома-дома-дома внизу в овраге и немножко гостиницы прямо на берегу и потом море; а слева все время склон прямо вверх в ежевике и плюще и всяких других листьях. И потом вдруг выходишь прямо в центр города, и еще через квартал крутого спуска уже море. А вот обратно идти было трудно -- потому что жарко, и лениво, и в гору, и когда идешь вверх, то все время выбираешь -- по какой из дорожек пойти. Вверх мы шли иногда и по два часа, и дольше. По дороге была такая пивнушка, где пивом однако же не торговали, а торговали разливным вином, она была на сквознячке и с видом на все-все-все сразу плюс закат, многда мы сидели там до темноты и пили вино и разговаривали обо всяком, о чем дома никогда не станешь говорить. А иногда мужественно лезли мимо, прямо в гору, чтобы потом сидеть и разговаривать в саду там, на Лысой горе.
Конечно, туда ходит автобус. Одна я всегда езжу на автобусе -- всего три остановки, только обязательно нужно сесть, стоя не удержишься.
Один раз мы купили внизу стеклянную бутылку колы и выпили ее по дороге и стали искать -- куда бы ее деть. Это было как раз на развилке, как буква Y, одна дорога чуть вправо и чуть выше, другая чуть влево и тоже вверх, хотя и не так круто вверх, посередине -- эдакий утес высотой по колено и на нем огромная, верхушку не разглядишь, сосна в ковре иголок. Давай сделаем секрет, сказал он. Аккуратно, в косынке, разбили бутылку, выбрали самый крупный осколок, остальное отнесли в урну. Выскребли по карманам все, что нашлось интересного: осколок ракушки, прозрачное обсосанное морем стеклышко, похожее на изумруд (мое), ржавый значок с черт-те какого бардовского слета (его), иностранная монетка (моя), картонка спичек из иностранного отеля (его, впрочем подарок кого-то из коллег)... И цветок алого, безумно алого, шелкового, как пионерский галстук, граната в кожаной красной чашечке. Мы выкопали ямку в сосновых иголках, между опасно выступающих корней, подстелили лист инжира (фиговый листок, ага), разложили сокровища, аккуратно накрыли сверху стеклом и засыпали обратно иголками, как было. И полезли дальше вверх.
Так получилось, что потом мы почти и не виделись с тем человеком. Так иногда получается. Ничего особенного не случилось, он жив, он никуда не уехал, ну и я жива и никуда не уехала. Он женился, развелся, кажется еще раз женился, у меня тоже происходила всякая ерунда, это все не имеет значения, так или иначе -- пересекались мы считаные разы, да и то по какому-нибудь делу.
Ту сосну я видела гораздо чаще его, и в последний раз -- позже, чем его. Всего лишь прошлым летом. И каждый раз залезала на этот утесик высотой по колено и раскапывала иголки -- я же прекрасно помню место! -- чтобы посмотреть на наш с ним секрет.
И ни разу не нашла. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
